ТЕЛЕКРИТИКА

Александр Ткаченко – о конфликте «1+1» и Нацсовета и давлении власти на СМИ: УП

Общество

В конце прошлого года телеканал «1+1» заявил о попытке Нацсовета по ТВ и радиовещанию лишить его лицензии на вещание. По неофициальным данным медиахолдинга, у государства есть интерес к активам канала. Бланк лицензии телеканалу был выдан 5 января, как отметили в Нацсовете, для снятия напряжения в обществе и журналистском коллективе. При этом в регуляторе напомнили, что все еще ждут запрошенную им информацию о владельцах.

В интервью изданию «Украинская правда» генеральный директор 1+1 media Александр Ткаченко рассказал свою версию произошедшего, о дальнейших шагах группы, а также о том, влияет ли Игорь Коломойский на редакционную политику «1+1».

Мы публикуем наиболее интересные его высказывания.

До истории с лицензией мне казалось, что эта страница (попытки власти подчинить информационное пространство. – Ред.) в принципе перевернута. Это что касается иллюзий, которые могли остаться у кого-то, что на СМИ в этой стране не могут давить.

По закону, мы должны были подать информацию о владельцах полгода назад, что мы и сделали. Если я не ошибаюсь, то в течение месяца после подачи документов Нацсовет имеет право давать дополнительные запросы. Их не было, были уточнения, касающиеся технических характеристик передатчиков, но это не имело никакого отношения к возникшему вопросу.

«По сути нас шантажировали этим документом, что привело к тому, что мы вынуждены были вынести эту историю в публичную плоскость»

Мне показывают эту структуру собственности и спрашивают: "А где договор между номинальным собственником киприотом и конечным бенефициаром Коломойским?".Условно говоря, это такой трастовый договор между номиналом и конечным бенефициаром. Я спросил, почему этот вопрос не возник раньше, почему именно сегодня. Меня вновь спросили, где договор.

Даже если кому-то не нравится фамилия Коломойского в связи с ПриватБанком, то «1+1» к этому не имеет никакого отношения.Мало того, у нас нет кредитов. Поэтому мне было очень странно слышать все эти требования о трастовом договоре.

Мы знаем традицию, возникшую у нас в стране в последнее время – чьи-то активы арестовываются, потом на них накладывается запрет, потом приходит управляющий тех активов и так далее.Как раз между 25 и 29 декабря мы стали получать информацию из достаточно достоверных источников о том, что действительно что-то такое планируется, и якобы чуть ли не назывались фамилии новых управляющих «1+1».

По сути нас шантажировали этим документом, что привело к тому, что мы вынуждены были вынести эту историю в публичную плоскость.

Поведение Нацсовета в этой ситуации было очень нервное и непонятное для нас. Все эти факторы говорили о том, что угроза отжатия телеканала или его выключения из эфира реально существует.

Мы хотим изучить с юристами, были ли основания у Нацсовета требовать эти документы. По нашему убеждению никаких оснований не было. Сделаем несколько запросов и, скорее всего, расследование будет проводиться.

К счастью, закона о национализации медиакомпаний нет, в отличие от банков.

Нагромоздить историю о том, что есть какое-то имущество, имеющее отношение к ПриватБанку, а затем рассказывать о том, что этот актив нужно арестовать, появляется какой-то новый управляющий этим активом…Все двигалось в этом направлении. Логика была примерно такова. Глупа она или нет, но угроза захвата телеканала реально существовала.

Иногда до меня доходят кое-какие месседжи (от представителей власти. – Ред.) по поводу того, что "где-то что-то мягче надо было" или "обратите внимание на эти новости"... Эти месседжи не носят систематического характера.

Она (ситуация с цензурой. – Ред.) стала изощреннее, опаснее и циничнее. Потому что это, наверное, конкретно связано не с месседжами, которые нужно озвучивать или желательно не озвучивать, а вообще с подходом. То есть подход типа "давайте не говорить о проблемах, потому что у нас есть внешний враг" – это циничная позиция.

Если у нас в ТСН и существует самоцензура, то она связана только с войной, с моментами освещения событий на фронте. Я думаю, что, скорее, это внутреннее предостережение и чувство того, чтобы не навредить людям, которые защищают нас на фронте. Во всем остальном о самоцензуре речь не идет.

«К счастью, закона о национализации медиакомпаний нет, в отличие от банков»

В принципе, неплохие люди (управляющие, которых хотели приставить к каналу. – Ред.). Но что и заставило меня лишний раз убедиться в том, что эти слухи и разговоры имеют основания. Вот надо отдать должное тем людям, которые вовремя что-то успели сказать...

Несколько раз Игорь Коломойский встречался с коллективом канала и убедился, что влиять на него можно относительно. Он уважает коллектив, коллектив достаточно его уважает за его позицию невмешательства в редакционную политику. Поэтому нельзя сказать, что он каким-то образом влияет. Возможно, события, которые связаны с его активами, влияют на освещение, но не более.

Безусловно, для него это политический актив, в том числе. Мы стараемся сделать его бизнесом. Это, конечно, элемент влияния. <...> С другой стороны, зная Коломойского, я могу утверждать, что для него понятие свободы и ценность свободы весьма важны. Я работал с разными олигархами.

Полную версию интервью можно прочесть на сайте издания.

Главное фото: Facebook-страница Відкритого Православного Університету Святої Софії-Премудрості

Статьи по теме

Теги

Главное в разделе

Общество

Что известно о мощнейшей кибератаке в Украине (обновляется)

Общество

ГПУ обнародовала видео, на котором Гужва договаривается о деньгах

Популярное на Телекритике



Бизнес

Гладушевский станет генпродюсером «Нового канала» вместо Евдокимова

Дуся

В семье Соломии Витвицкой случилось горе

Дуся

Нападение на Регину Тодоренко, авария Леси Никитюк и извержение вулкана: самые «адские» приключения команды шоу «Орел и Решка»

Дуся

Наталья Могилевская показала, как отдыхала в Крыму