ТЕЛЕКРИТИКА

Нет, вы так не можете. Часть І

20 молодых художников из Украины рассказывают о своих проектах на выставке в рамках премии Виктора Пинчука

Культура

В главном арт-центре страны открылась выставка номинантов на соискание премии PinchukArtCentre, общенационального конкурса для художников в возрасте до 35 лет. Выставка представляет произведения молодых авторов из всех регионов Украины.


В стране, где не существует института критики, но каждый посетитель выставки считает нужным дать комментарий в духе «тоже мне, искусство», необходимо предоставить слово собственно тем, кто это искусство создает. «Телекритика» предлагает ознакомиться с комментариями номинантов на премию, чтобы зрителям стало ясно: «я тоже так умею» – совсем не та категория, к которой надо апеллировать для описания современных произведений.

Сергей Радкевич (30 лет, Львов)

http://images.telekritika.ua/33e7f9eb016bc158b256951130573439.jpg;01 (4).jpg,http://images.telekritika.ua/373773c46dae6e7f756bdd234d15a9ee.JPG;DSC_2938.JPG,http://images.telekritika.ua/c3830f504a86621c564a60bd5ad7d763.JPG;DSC_2934.JPG

Несколько последних лет меня интересует протест против насилия в любом проявлении, и прежде всего – против военного насилия. Это, конечно, касается не только контекста Украины, а вообще человеческой природы как таковой. Моя работа является памятником жертвам. Именно так она и называется – «Монумент жертвам».

Она базируется на выкройках военной одежды. Я взял две выкройки, переведенные в линейно-конструктивную конфигурацию из металла, они по ортогоналях между собой перпендикулярно пересекаются и в конечном варианте образуют кубический объект, архитектурную форму, которая вообще не сообщает, что где-то присутствует знак агрессии. Ты вначале смотришь на объект и понимаешь, что перед тобой – конструктивная архитектурная форма, содержание ее вообще не понятно вначале.

«Современный человек привык к полуфабрикатам и быстрому восприятию. Поэтому здесь также стоит вопрос реципиента, зрителя – насколько он готов читать и вдумываться»

Рядом в экспозиции – собственно выкройка и текстовое сопровождение, из которых становится понятно, о чем идет речь. И эта завуалированная идея в объекте, которая не считывается вначале, в конце становится понятна, как развязка в финале фильма. Текст раскрывает конечную идею, поэтому зритель вынужден читать и думать. Насколько он будет готов думать – это другой вопрос, все же современный человек привык к полуфабрикатам и быстрому восприятию. Поэтому здесь также стоит вопрос реципиента, зрителя – насколько он готов читать и вдумываться.

Виталий Кохан (30 лет, Харьков)

http://images.telekritika.ua/dccbe44c3ef3287b4407f04f020047cb.jpg;Kohan.jpg,http://images.telekritika.ua/e30fc43be213e7dbb5607fb047ddac97.jpg;DSC_3332.jpg,http://images.telekritika.ua/b0185aed428f00cd6fb1329bf656de20.jpg;DSC_3256.jpg,http://images.telekritika.ua/eb2bd0b0522a5826cddaba12da5fa0d0.JPG;DSC_2971.JPG,http://images.telekritika.ua/5d5db7c2ba5bacc16dfdd7a7f48664d8.JPG;DSC_2969.JPG,http://images.telekritika.ua/efb443972cb51047211ca43c2c37ee21.JPG;DSC_2964.JPG,http://images.telekritika.ua/a16cd375dd54824e6657c0f42aed9b08.JPG;DSC_2963.JPG

Моя работа – это набор вещей, который называется «Предметы со следами натуральных процессов». Я работаю с этой темой, потому что это мое личное исследования: интересуюсь, как течет вода, как распространяется свет по поверхности Луны. Эти процессы кажутся очевидными, но если их буквально показать, то они становятся гораздо более живыми и выразительными, чем что-либо рукотворное, что угодно, что ты можешь даже очень экспрессивно нарисовать.

Речь о природных процессах, которые происходят здесь и сейчас. Например, под микроскопом на нитке нарастают кристаллы соли, а при увеличении этот процесс становится грандиозным зрелищем. Все остальные работы также о якобы очевидных вещах, но я их акцентирую и делаю более выразительными.

Ярема Малащук (25 лет, Коломыя/Киев), Роман Химей (26 лет, Коломыя/Киев)

http://images.telekritika.ua/2ffb6c68ba6a9523361aa739e7ed744f.JPG;Malashchuk_Khimey.JPG,http://images.telekritika.ua/3eaefb95d80d554d6eaeee614fcf83b6.JPG;!DSC_3703.JPG

Мы сделали фильм-видеоинсталляцию. Идея заключается в том, чтобы изобразить людей, играющих самих себя на сцене. Это не обязательно украинцы, речь идет о людях в целом. Выходя на сцену как профессиональные хористы, они должны трансформироваться в определенных персонажей, но в этом случае мы их трансформируем в самих себя. Мы превращаем их в героев оперы Мусоргского «Борис Годунов», где есть партия народа.

У Пушкина и Мусоргского проблематика заключалась в том, что народ – это всегда обманутая масса людей. Тексты, которые авторы закладывали в либретто оперы, должны были призывать людей восстать. Но, в отличие от проблематики, заложенной ​​Мусоргским, в нашем случае люди, которые текст повторяют, только репетируют его. И в этом повторе, в этой монотонности они стирают сакральное значение текста, просто не чувствуют его.

«В нашем фильме почти ничего не происходит, а в конце есть сцена, где падает бутылка с водой – это, по сути, единственное событие для людей в их монотонности»

Мы рассчитывали на то, что зрители будут заходить в наш зал и смотреть на свое отражение. Если будут внимательны да еще и прочтут название работы («На кого же ты нас покидаешь, отец наш» – собственно первая фраза из партии хора), то провести определенную сравнительную характеристику между собой и персонажами видео им будет несложно.

Как режиссеры мы использовали в видео такой затасканный прием, как монтаж аттракционов. В нашем фильме почти ничего не происходит, мы быстро меняем эпизоды, а в конце есть сцена, где падает бутылка с водой – это, по сути, единственное событие для людей в их монотонности.

Иван Светличный (29 лет, Харьков/Киев)

http://images.telekritika.ua/dfd8fd688d55a864f58802be6589a07b.JPG;Svitlychny.JPG,http://images.telekritika.ua/f96d80d18d9f0e81210719a52f0958db.JPG;!DSC_3714.JPG,http://images.telekritika.ua/a149d9e03b74c04f3500e625fe2ee729.JPG;DSC_2995.JPG,http://images.telekritika.ua/7abd50d0629a138d4eca0ef9b414b84d.JPG;DSC_2992.JPG

Мой проект – это визуализация сценария к спектаклю. Это сценарий, который создается вживую благодаря анализу низкого протокола интернета. В течение выставки генерируется сценарий и декорации.

Программировал я все сам, кроме низкого протокола, с которым мне помогали программисты. DNLP – берется пакет данных и отправляется на сервер в другую страну, например в Америку. Там он обрабатывается и возвращается обратно, а уже здесь анализируется на высшем уровне программирования. Из этого строится геометрия и логика движений актеров. Это не эстетская вещь, просто в реальном времени формируется сценарий для другого проекта. Это инсталляция, которая использует перформативные вещи в своих целях, работает с восприятием зрителем больших массивов данных, которые затем переводятся на язык, уже понятный актерам, а дальше это превращается в перформанс.

Роман Михайлов (28 лет, Харьков/Киев)

http://images.telekritika.ua/9ca66be8f4561a54f516abd447b2b009.JPG;DSC_2974.JPG,http://images.telekritika.ua/361a7c424f8fa03fbe80da317539731b.JPG;DSC_2974.JPG,http://images.telekritika.ua/901a77a181c4218b07a2a3effabd2227.JPG;DSC_4065.JPG

В моем проекте речь идет о героизации. Проект состоит из двух частей. Компьютерная игра – это продолжение предыдущей моей выставки «Страх», здесь тот же герой. В игре он постоянно убегает от своего страха, а параллельно происходит катастрофа. Ты выбираешь, за кого играть – за страх или за человека, и в итоге можешь или убегать, или догонять. Заодно будет подсчитываться количество тех, кто выбрал каждую из ролей. Игра, с одной стороны, веселая, с другой – напряжная, но в принципе это стеб над всем социальным.

«По-моему, поколению Z не нужны герои и сами они тоже не хотят ими становиться»

Вторая часть называется «Нет игры, нет героя». Она о том, что или кто является героем для нового поколения Z, рожденного после 1996 года, им сейчас по 20. По-моему, им не нужны герои и сами они тоже не хотят ими становиться. В отличие от поколений предыдущих, у нового поколения просто другие цели. Собственно, портреты этих «негероев» и выполнены в классической манере. Они в весенней одежде на лужайке, где это – неясно, лица их тоже не распознать, потому что узнавать их и не нужно, ведь они никакие не герои. Но стоят они в уверенных позах.

Я старался сделать так, чтобы по их одежде угадывалось определенное время, чтобы было понятно, сколько им лет и что это за период. На основе живописи создана игра, которая просто является медиумом наравне с изобразительным искусством.

Николай Карабинович (29 лет, Одесса)

http://images.telekritika.ua/627d55894f59b84cd85a956446c3f73d.JPG;karabinovich.JPG,http://images.telekritika.ua/14e5eacac84bb2545e58c88b7fca2bf7.JPG;DSC_3137.JPG,http://images.telekritika.ua/16cd959b3f36c2e07742f56c9408547f.JPG;DSC_2998.JPG

Моя работа называется «Голос тонкой тишины». Это личная история, которая трансформируется в глобальный нарратив. В 1949 году моего прадеда, грека, репрессировали в Казахстан. Об этом я слышал много рассказов от своего отца, который никогда не видел собственного отца и лишь по рассказам матери знал эту историю. Он всегда хотел поехать на его могилу, и я решил осуществить это вместе с ним.

Первая часть проекта – это песня в особом жанре, который называется рембетика. Это греческая песня; жанр начал складываться где-то с конца XIX и в основном создавался переселенцами из Малой Азии. Переселенцы – также важная история для работы, те, кто были изгнаны в 1922 году (речь идет о Малоазийской катастрофе. – Ред.), и создали эту музыку. Песню для выставки я записал вместе с берлинским музыкантом Юрием Гуржи, у которого тоже греческие корни.

«Музыка – это основной из моих языков»

Вторая часть – это фотография, на которой запечатлен знак. Его я установил в поселке Шелек, где умер прадед, это в 120 километрах от Алматы. Знак представляет собой старый громкоговоритель, из него доносится песня, точно так же, как звучит в зале на выставке. В Казахстане она будет играть все время – я съездил и нашел людей, которые живут там с тех же времен, что и мой прадед, с их помощью я установил знак, они и заботятся теперь о нем.

В своей практике я постоянно работаю с музыкой: такая себе музыкальная антропология. Музыка – это основной из моих языков.

Саша Курмаз (31 год, Киев)

http://images.telekritika.ua/890d1734ce6a3bce1c1d96ebe303cefa.JPG;kurmaz.JPG,http://images.telekritika.ua/4574bc126477ae1816caae910ce91407.jpg;DSC_3285.jpg,http://images.telekritika.ua/992695e0d22eaee6cd64f1e6505847ff.JPG;DSC_3282.JPG,http://images.telekritika.ua/0776baab71082813afe48d13b75feecc.JPG;DSC_3268.JPG,http://images.telekritika.ua/acb57b189bc835cee3ff573eb8770ee9.JPG;DSC_3076.JPG

Проект состоит из ряда работ, над которыми я работал последний год, и которые все объединены под общим названием «Хроника текущих событий». Они связаны с моим ощущением событий в Украине сегодня и текущим положением дел. Это видео, фотография, объект, собранные в одном пространстве.

Документация акции, которая проходила на одном из полузаброшенных кладбищ, была сделана в Киеве 22 января этого года. Дальше – ряд работ, которые я делал на протяжении года. Вот 12 рам: в каждой раме – большая фотография, она состоит из двух слоев: нижний – это фотография обыденной городской жизни, а сверху наложены черные снимки. На каждом из этих снимков есть даты, и каждый черный снимок равен жизни человека, который воюет за нас на востоке. Количество черных квадратиков соответствует количеству ушедших за один месяц в году. И эти черные квадратики перекрывают нашу повседневность каждый месяц.

Работа «Наша мета – комунізм» – это фотография фрески на фасаде школы в Черниговской области в селе Красный Партизан, которое сейчас называется Володькова Дивыця. Эту фреску уничтожили в 90-х. На четырехканальном видео, состоящем из найденных работ и моих видеоработ, которые замиксованы в видеоколлаж, происходят разные события: и частные, и общеполитические. А вот еще маленькая фотография со стихотворением одной прекрасной московской художницы Анны Глазовой.

Алина Клейтман (26 лет, Харьков)

http://images.telekritika.ua/d00e0a107dc6c1145f0f8435a6b06d00.JPG;kleitman.JPG,http://images.telekritika.ua/8bd0b22584f6719a96e33530281f9aee.JPG;DSC_3842.JPG,http://images.telekritika.ua/2f5fa487b0bc8bf78fe1d704d8072051.JPG;DSC_3837.JPG,http://images.telekritika.ua/683ecd23892faf0f653272deaeb24ff1.JPG;!DSC_3733.JPG,http://images.telekritika.ua/7ee636b636a27fcf687754d898b8968b.JPG;!DSC_3726.JPG,http://images.telekritika.ua/9b2396f0798d314ba644dfbbaaeb3048.JPG;DSC_3073.JPG

Цель моей работы? Мне нравится такая формулировка, она меня вдохновляет. Когда ее слышишь, кажется, что занимаешься чем-то полезным и по-настоящему функциональным. Действительно, у этого проекта есть цель: я хочу внедрить зрителя в ситуацию, в которой он сможет проследить причинно-следственную связь в вопросе нарушения личностных границ, и что оно за собой влечет. Человек, чьи границы с детства разрушали разными способами (физическим, эмоциональным, разными видами насилия), вырастает несколько травмированным. Его целостность, если мы ее визуально представим в виде оболочки, нарушена, она в дырах. И если человек не проведет осознанный анализ, в эти дыры всегда будут попадать какие-то персонажи, и это будет повторяться бесконечно. Я воссоздаю ситуацию или образы, которые заставят вспомнить ее и задуматься, пересмотреть.

Мне кажется, работа зайдет украинскому зрителю, потому что она жизненная. Это маленькая квартира, в которой любые процессы происходят слишком близко. Это само по себе нарушает границы.

Евгений Самборский (33 года, Ивано-Франковск/Киев)

http://images.telekritika.ua/3738f473c2d23c6485486172703111bd.JPG;DSC_2940.JPG,http://images.telekritika.ua/f2dbb884c571eb94380961c959dcf304.JPG;DSC_3015.JPG,http://images.telekritika.ua/37a2365ac45798b3babee4121634b4c1.JPG;DSC_3006.JPG,http://images.telekritika.ua/a2b9302908a1422921e10881e3583f59.JPG;DSC_2940.JPG

Моя работа состоит из четырех проектов. Все они связаны методом совместной работы. То есть они созданы не только мной, а вместе с группами людей или с отдельным человеком, и никто из них не имеет прямого отношения к искусству. Первая работа называется «Говорит Ивано-Франковск». В течение двух недель я работал в местной психиатрической больнице с пациентами и персоналом. Мы создавали работы на тему города и демонстрировали их в городском пространстве. Таким образом горожане и гости города могли познакомиться с людьми, находящимися в учреждении закрытого типа, но тоже горожанами.

Второй проект – «Лаборатория друзей»: в течение двух месяцев на летних каникулах я работал в детском приюте. Дети, у которых нормальные отношения в семье, летом где-то путешествуют, а эти – в течение трех месяцев закрыты в приютах. Я решил создать проект, который скрасит их лето. За два месяца мы превратили спортзал детского приюта в галерею, у нас было два выездных пленэра в Карпатах, а по окончании совместной работы мы устроили выставку.

«Я увидел гетто, в которое не решился зайти, – я не ожидал, что так в Украине люди могут жить. Я хотел узнать о цыганах, о том, как местное население живет с ними, коммуницируют ли они между собой»

Третий проект создан в одном из крупнейших цыганских поселений Украины в Ужгороде, в районе Радванка. Я был на резиденции в Ужгороде, изучал город и, случайно попав в этот район, увидел гетто, в которое не решился зайти, – я не ожидал, что так в Украине люди могут жить. Я хотел узнать о цыганах, о том, как местное население живет с ними, коммуницируют ли они между собой. После экскурсии стало понятно, что надо сделать обычный пленэр, когда художник выходит с красками и рисует то, что видит. В проекте принимали участие в основном дети. В результате я получил новый опыт, а они – возможность посмотреть по-иному на ту среду, в которой живут.

Четвертый проект создан специально для выставки. Это совместная работа с моим отцом. Мы вместе сделали его скульптурный портрет в молодом возрасте – примерно в том, в котором он «сделал» меня. Эта работа была поводом проводить некоторое время с папой, узнать о нем больше. Также – чтобы он узнал больше о том, чем занимаюсь я. В эту работу входит живопись, автопортрет, который я создал сам: это тоже вроде сотрудничества художника-профессионала с другим человеком. Я написал его в детстве. В экспозиции он почти напротив папы и смотрит на всю выставку.

О каждом из четырех проектов снят фильм, они тоже в экспозиции.

Анна Звягинцева (30 лет, Киев)

http://images.telekritika.ua/583680794528e6fd65520c50b980aa94.JPG;Zviagintzeva.JPG,http://images.telekritika.ua/443e20f37c4b753bbc1a435cdf198efc.JPG;DSC_3686.JPG,http://images.telekritika.ua/003ac6c2eca94f35e87c9242c0f93505.JPG;DSC_3489.JPG,http://images.telekritika.ua/4ea061519572e01417fd5aac64012642.JPG;DSC_3118.JPG,http://images.telekritika.ua/ef392d3df912dc5a828fa2b79331f75c.JPG;DSC_3493.JPG

Я работаю с рисунком, и данная работа – это сочетание фотографии, объекта, объекта-рисунка. В экспозиции все вещи – найденные, я их не создавала. Это сродни коллективному бессознательному рисованию. Работа размещается на полу. Это объект из графитной бумаги, очень легкой и хрупкой, повторяющий каракули, которые оставляют люди, когда расписывают ручку. Я уже во второй раз работаю с этой темой. Вероятно, в процессе фигуры будут разрушаться зрителями.

Еще один объект – пыльные очки. Теоретически их можно надеть, но при этом ты ничего не увидишь, потому что все будет затуманено. Мне кажется, что пыльные очки могут больше давать отсылку к политической ситуации, наслаивать какие-то социальные контексты. Еще есть найденные и зафиксированные рисунки. Я не думаю, что этот проект зрительно какой-то специфически украинский, он больше про осознание того, что ты являешься частью чего-то общего, и твои действия совершаются в унисон с действиями множества других людей.

Фотографии предоставлены PinchukArtCentre © 2018. Фотограф: Максим Белоусов

Статьи по теме

Главное в разделе

Культура

Турецкий телефеномен на «1+1»: как воссоздавали «великолепный» XVII век

Культура

5 хэллоуинских сериалов октября

Популярное на Телекритике



Дуся

«Оля теперь вертушка». После травмы ведущей, проект «Оля» может остаться без Фреймут

Дуся

Новый ведущий «Орла и решки» появится в воскресном выпуске

Культура

Турецкий телефеномен на «1+1»: как воссоздавали «великолепный» XVII век

Культура

Феномен «Телохранителя»: как незамысловатый сериал побил рейтинговый рекорд