ТЕЛЕКРИТИКА

Игорь Ляшенко: «У нас разные взгляды на журналистику»

Президент издательства «Экономика» - о разногласиях с компанией Виктора Пинчука, послуживших причиной его грядущего увольнения, претензиях к содержанию публикаций и финансовой стороне дела.


14 мая решится вопрос о смене руководства издательства «Экономика». Как сообщала «Телекритика», основной инвестор издательства - управляющая компания бизнеса Виктора Пинчука EastOne - планирует уволить президента Игоря Ляшенко, основавшего это издательство и руководившего им 15 лет. Кроме того, в повестке дня значится вопрос об увеличении уставного фонда ООО «Издательство "Экономика"». Г-н Ляшенко опасается, что его доля, как и доля его партнера Станислава Шума (по 14,5%), будет уменьшена до размера статистической погрешности, поскольку денег для равнозначного взноса у них нет.

 

ТК обратилась к Игорю Ляшенко с просьбой детальнее рассказать о причинах предстоящих изменений. По его словам, недовольство EastOne и владельца этой компании - Виктора Пинчука - не связано с финансовыми результатами издательства. Оно вызвано отдельными публикациями, стремлением контролировать редакционный процесс. О каких именно публикациях идет речь - пока не детализируется. В коллективе издательства говорят, что одним из поводов для разногласий стал рейтинг надежности украинских банков, опубликованный в середине марта в «Деле». Банк Виктора Пинчука «Кредит-Днепр» в рейтинг из 20 «самых-самых» не вошел, что якобы и послужило стартовой точкой для разборок.

 

ТК пытается выяснить позицию EastOne в данном вопросе (на прошлой неделе компетентные представители компании пребывали в Лондоне), а пока что - версия Игоря Ляшенко. К сожалению, немного усушенная после согласования, но все же дающая представление о том, в чем, на его взгляд, суть конфликта.

 

 

- Господин Ляшенко, скажите, пожалуйста, чем представители EastOne мотивируют свое желание сменить топ-менеджмент?

-  У них есть желание полностью контролировать издательство, в том числе редакционные процессы - работу редакторов и журналистов.

 

- А разве они не могут решить этот вопрос, поставив своих представителей на должности вице-президента, заместителя генерального директора?

- Они и раньше могли поставить своего финансового директора или другого человека, который занимался бы контролем денежных потоков. Я никогда не возражал против этого. Но что касается работы журналистов, содержания изданий - у нас была договоренность о том, что этими вопросами занимаюсь я. Однако их не устраивали определенные вещи в публикациях. Оказалось, что у нас разные взгляды на журналистику.

 

- В чем именно взгляды расходятся?

- У них есть свои интересы, корпоративные и политические. У меня интересы только как у издателя и журналиста.

 

- Но, опять-таки, в направлении редакционной политики они тоже могли выработать какие-то правила, не предпринимая столь кардинальных решений... Или вы в принципе против того, чтобы совладелец, чья доля больше вашей, влиял на контент?

- Совладельцы определяют стратегию, общие принципы для своих изданий. Такова может быть форма их влияния.

 

- Неужели вы написали что-то неугодное, «плохое»?

- Нет, конечно. Мы ни о ком плохо не пишем, освещаем все взвешенно и осторожно.

 

- А до какой степени они хотели влиять на контент? Все-таки там люди неглупые, должны понимать, что тенденциозность и ангажированность чревата потерей читательского доверия...

- Это наши с вами взгляды, как журналистов. У управленцев ход мыслей другой. Что подумает читатель,  их интересует в меньшей степени.

 

- Устраивала ли EastOne финансовая сторона дела? В частности, предпринятые издательством антикризисные меры?

- Как раз по финансовым вопросам никаких претензий с их стороны не было. Хотя тут даже меня не все устраивает, особенно с началом кризиса. Работа велась планово. Принимались планы, и эти планы выполнялись - особых замечаний не было.

 

- Насколько уменьшились рекламные поступления в первом квартале?

- Примерно около 50%, как и в целом по рынку. По разным изданиям разные тенденции. Например, в «Деле» падение меньше, чем в «Инвестгазете».

 

- Какие другие задачи ставил перед издательством EastOne изначально, когда приобрел долю? По аудитории, развитию...

- Конечно, была масса планов, в том числе по развитию бизнеса, новым проектам. И до осени мы все задачи выполняли. С конца осени пришлось отказаться от большинства идей и начинаний. К динамике аудитории и прочим маркетинговым показателям претензий не было.

 

- А как шло финансирование?

- По нашей договоренности, инвестиции шли с их стороны.

 

- Какие издания требовали дотаций? И можете ли вы обозначить размер инвестиций?

- В издательстве есть как прибыльные и окупаемые проекты, так и требующие инвестиций, как «Дело». О порядках сумм говорить не хотел бы.

 

- Кто конкретно из представителей компании озвучил вам намерения, кто там курирует медийный бизнес? И кого поставят на ваше место?

- Так детально рассказывать о них и об их намерениях я не хотел бы, все-таки мы еще связаны партнерскими отношениями.

 

- Когда произойдет смена менеджмента и увеличение уставного фонда?

- 14 числа у нас запланировано собрание, в повестке дня значится полная смена менеджмента и возможное увеличение уставного капитала.

 

- Расскажите, пожалуйста, историю вхождения EastOne в структуру собственности издательства. Что вы думали изначально об этой компании, консультировался ли с вами Handelsblatt, когда продавал им свою долю?

- Если начать с самого начала, то с 1995 и до 2005 года у компании было три совладельца - мы со Станиславом Шумом и Анатолий Отченаш (инвесткомпания «Автоальянс-XXI век», - Авт.). Для Анатолия это была портфельное вложение, и в 2005 году он благополучно вышел из этой инвестиции, продав свою часть. Мы же провели сложные переговоры и привлекли новых стратегических инвесторов - Handesblatt и Мирослава Павела. Мы уступили контроль иностранным партнерам - это было связано с необходимостью развития издательства. Мне очень хотелось работать с таким известным европейским партнером, как Handesblatt.

 

К сожалению, как вы помните, Handelsblatt принял решение уйти из Восточной Европы, в том числе и из Украины. В прошлом году, когда они сообщили об этом, я лично искал покупателей на их долю. Так EastOne получил свои 71% - 51% Handesblatt и 20% Мирослава Павела.

 

- Так вы сами выбрали EastOne себе в совладельцы?

- По сути, да. Были еще предложения, но на тот момент я считал, что это самый оптимальный вариант, что с ними интересно работать. Тогда они заявили о планах развивать медийное направление, довести долю СМИ в своем портфеле до 1/3.

 

- При подписании договора у вас была возможность выставить свои  условия - к примеру, о том, чтобы менеджмент не менялся 3 года?

- У нас были очень четкие договоренности. Как должно управляться издательство, как принимаются решения и как решаются спорные вопросы.

 

- Намерения EastOne «железные»? Что должно произойти, чтобы они отказались от них?

- Что угодно может произойти, не знаю. Пока что мы в процессе переговоров. Они внесли в повестку дня вопросы о смене менеджмента и увеличении уставного фонда, но как они их проголосуют - я не знаю.

 

- Есть ли у вас какие-то другие, «запасные» бизнесы, планы?

- Нет. Я в этом деле 15 лет, я его задумал и воплотил. Вместе с партнерами. Оставлять «Экономику» я не собирался, поэтому никаких запасных аэродромов не строил.

 

Фото - «Українські новини»

Главное в разделе

Бизнес

Валерий Вареница рассказал как на Плюсах изменятся цены на телерекламу в следующем году

Общество

Канал «Украина» объявил кастинг на шоу по формату The Brain

Популярное на Телекритике



Бизнес

Валерий Вареница рассказал как на Плюсах изменятся цены на телерекламу в следующем году

Бизнес

Конференция «Медиаправо 2018»: практика применения языковых квот на телевидении и предвыборные законодательные медиаинициативы

Бизнес

Нацсовет проверит новый телеканал Мураева из-за самовольного изменения логотипа, формата и программной концепции

Общество

Канал «Украина» объявил кастинг на шоу по формату The Brain